кот василий герой советского союза носил еду

Словарь языка Пушкина

В истории развития русского национального литературного языка выдающаяся роль принадлежит А. С. Пушкину. Он по праву считается у нас основоположником нового литературного языка. Огромное значение Пушкина в истории русского литературного языка было ясно еще при его жизни наиболее чутким и дальновидным его современникам, например, таким, как Белинский и Гоголь. «При имени Пушкина, - писал Н. В. Гоголь, - тотчас осеняет мысль о русском национальном поэте... В нем, как будто в лексиконе, заключилось всё богатство, сила и гибкость нашего языка. Он более всех, он далее раздвинул ему границы и более показал всё его пространство». В языке Пушкина вся предшествующая культура русского художественного слова не только достигла своего высшего расцвета, но и получила качественное преобразование. Великим русским литературным деятелям последующего периода словесно-художественное творчество Пушкина казалось высшим воплощением национально-русского поэтического стиля. По словам И. С. Тургенева, «русское творчество и русская восприимчивость стройно слились в великолепном языке Пушкина». Творчество Пушкина является истоком и отчасти источником стремительного развития стилей русской реалистической литературы XIX и XX вв.

Причину того, что язык Пушкина стал идеальной нормой национально-русского поэтического выражения, А. М. Горький очень зорко и проницательно увидел в самых тесных связях литературно-художественного стиля Пушкина с общенародным языком и его выразительными средствами. По словам А. М. Горького, «язык создаётся народом. Деление языка на литературный и народный значит только то, что мы имеем, так сказать, «сырой» язык и обработанный мастерами. Первым, кто прекрасно понял это, был Пушкин, он же первый и показал, как следует пользоваться речевым материалом народа, как надобно обрабатывать его»

Язык Пушкина, согласно укрепившейся в со

Источник

Самуил Яковлевич Маршак. Произведения для детей. Том 1

Сказки. Песни. Загадки. Веселое путешествие от "А" до "Я".

Стихи разных лет. Повести в стихах

--------------------------------------------------------------------------- Собрание сочинений в восьми томах. Том 1. Издательство "Художественная литература", Москва, 1968 Издание осуществляется под редакцией В. М. Жирмунского, И. С. Маршака, С. В. Михалкова, А. И. Пузикова, А. Т. Твардовского ББК Р2 М30 OCR Кудрявцев Г.Г. --------------------------------------------------------------------------- ПРОИЗВЕДЕНИЯ ДЛЯ ДЕТЕЙ. СКАЗКИ. ПЕСНИ. ЗАГАДКИ. ВЕСЕЛОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ ОТ "А" ДО "Я". СТИХИ РАЗНЫХ ЛЕТ. ПОВЕСТИ В СТИХАХ Подготовка текста и примечания В. И. Лейбсона

{Автобиография-предисловие С. Я. Маршака, написанная им для сборника избранных стихов в серии "Библиотека советской поэзии" (М. 1964).} Я родился в 1887 году 22 октября старого стиля (3 ноября нового) в городе Воронеже. Написал я эту обычную для жизнеописаний фразу и подумал: как уместить на нескольких страницах краткой автобиографии долгую жизнь, полную множества событий? Один перечень памятных дат занял бы немало места. Но ведь этот небольшой сборник стихов, написанных в разные годы (примерно с 1908 по 1963), в сущности, и есть моя краткая автобиография. Здесь читатель найдет стихи, в которых отразились разные периоды моей жизни, начиная с детских и отроческих лет, проведенных на окраинах Воронежа и Острогожска. Отец мой, Яков Миронович Маршак, работал мастером на заводах (потому-то мы и жили на фабричных окраинах). Но работа на мелких кустарных заводишках не удовлетворяла одаренного человека, который самоучкой постиг основы химии и непрестанно занимался различными опытами. В поисках лучшего применения своих сил и знаний отец со всей семьей переезжал из города в город, пока наконец не устроился на постоянное жительство в Петербу

Источник

Блокадная книга

Даниил Гранин, Алесь Адамович

900 дней противостоял Ленинград вражеской осаде, и каждый из этих дней был отмечен высокой боевой и трудовой доблестью ленинградцев. Никакие лишения и страдания блокадного времени не поколебали их верности социалистической Родине.

Грандиозная битва за Ленинград началась в первой половине июля 1941 года, когда немецко-фашистские войска, захватившие часть Прибалтики, устремились к городу на Неве. В планах гитлеровского командования его захвату отводилось важное место. Оно учитывало не только экономическое и стратегическое значение города Ленина, но и тот факт, что он является колыбелью Великого Октября. Захват Ленинграда по расчетам немецких генералов должен был предшествовать взятию Москвы.

По указанию Политбюро ЦК ВКП(б) Ленинградская партийная организация, представлявшая собой боевой, закаленный отряд партии, возглавила всю политическую, военную и хозяйственную жизнь города. В короткий срок в действующую армию из Ленинграда было направлено 300 тысяч человек. На производство вооружения, снаряжения и боеприпасов для фронта переключились ведущие отрасли ленинградской промышленности.

Партийная организация Ленинграда выступила инициатором создания народного ополчения — одной из наиболее массовых форм участия советских людей в вооруженной борьбе с фашистскими захватчиками. В течение июля — сентября было сформировано 10 ополченческих дивизий, вобравших в себя лучших представителей рабочего класса и интеллигенции Ленинграда. Семь из этих дивизий, получив необходимый боевой опыт, стали вскоре кадровыми.

На фронт ушла большая часть сил Ленинградской партийной организации. В первые полгода войны она дала Вооруженным Силам 70 тысяч коммунистов — свыше трети своего состава. В части армии и флота влилось около 200 тысяч комсомольцев — юношей и девушек.

Неся огромные потери, гитлер

Источник

Главная » Рецензии

РЕЦЕНЗИИ И АННОТАЦИИ

Исторический роман протоиерея Николая Агафонова раскрывает перед нами живой образ великого писателя и замечательного поэта VIII века – преподобного Иоанна Дамаскина. Действие романа разворачивается на драматическом фоне жестокого противостояния двух империй: христианской и мусульманской. Автор живо и образно повествует о дворцовых интригах и государственных переворотах, о кровавых сражениях и горячей молитве, о преданной любви и лютой ненависти, о высокой святости и низкой подлости... Роман о жизни великого святого, который стал одним из главных борцов с иконоборческой ересью и исповедником, получился очень сильным, ярким, красивым. Ему место на книжной полке у любого ценителя истории. Написан профессионально, со всеми необходимыми подробностями, эпоха показана великолепно. Богословие тоже на высшем уровне – поднимаются сложные вопросы, теологумены (например, может ли правитель империи жить по новозаветным заповедям). Роман сопостави́м с «Камо грядеши», но сердцу православного человека, конечно же, гораздо роднее. Целевая аудитория – от детского сада (с опущением кровавых подробностей) до докторов наук.

Роман повествует о жизни женщин, следовавших за Христом во время Его земной жизни. Каждому произведению, зиждущемуся на евангельских событиях, обеспечена сложная участь. Роман отца Николая – не исключение. Воцерковлённым людям это произведение читать легко, оно – как бальзам по сердцу. Но вот можно ли воцерковлённому человеку узнать из него что-то новое – это вопрос. Невоцерковлённому взрослому человеку роман может показаться чересчур наивным и неинтересным, но необязательно. К сожалению, эпоха прорисована не так хорошо, как в «Иоанне Дамаскине», и это понятно – цели у романа другие. Кажется, если бы роман был раза в полто

Источник

Князь Угличский

До столицы добирались всего неделю, благо свита была о конях и дождей за время пути не случилось. Встали на подворье, что недавно пожаловал государь. Терем выходил окнами на восход, с видом на новую Орбацкую краснокирпичную проездную башню и прилегающие стены Белого города, дальше виделся последний рубеж обороны: вековой кремль и его ближайшие башни: Конюшенная, Боровицкая и Свиблова.

- Я уж сказывал тебе прежде, не упоминай всуе о кончине государя. Коль кому твои словеса до ушей дойдут, бысть беде. В измене тебя повинят, в волховании безбожном. Уразумел ли? Что до порухи и бедствий, многолетних. Что ж поделать? Жита на три лета на всю Русь впрок не запасти.

- Так и ладно, ныне хлада трехлетнего нет, и хлебов будет в избытке. Купцы накопят жита впрок, сколь смогут, бо опосля вынуждены будут начать его продавать. Оповестив о напасти черных людей смуты избежим. Некому напраслину будет возводить, де во гладе повинен новый царь. Бояре да люд побогаче выкрутятся, а от бедноты ни чего не делая, дождемся хулы да бунта, купно и порубежные державы с войсками подойдут урвать кусок землицы от царства Московского. - Выложил я новый аргумент.

- Надобно строить хранилища, да погреба какие для долгого хранения едова, шесть лет ещё до годины лихой, но делать дело надо ныне. Да вот, прежде, баял ты, бо хлеба не хватает за Каменным поясом, да в украйнах полуденных? Может ускорить переселение лишних людей на эти земли? Голодных ртов убавится в скудных землях, тем, кто останется, достанет больше пахотной земли, трудовых рук прибудет в новых пределах.

- Как глад придет тем дворянам кормить своих дворовых нечем будет. На полуденной украйне землица получше нашей-то всяко! Надобно в приказном порядке дворян с крестьянами переселять на новые земли с увеличением наделов. Се государево дело! - разошелся я.


- Можно иноземным купцам н

Источник

Книга 1. Черный день

Они и думать не могли, каким будет их завтрашний день. 23 августа 2019 года мир поделился для них на "до" и "после". В этот день с провокации на украинской границе началась мировая война. Ядерная. Мира, каким они его знали, не стало. Обмен ударами между США и Россией спровоцировал наступление "ядерной зимы". Миллионы людей погибли сразу. Миллиарды - в течение года. А для тех, кто чудом уцелел в огне и арктическом холоде началась совсем другая жизнь. Рецензия в ж. "Мир фантастики": 6/10.

Человек поднялся на верхнюю площадку, осмотрелся и перевел дух. Шестнадцать пролетов остались внизу и напоминали о себе как тяжесть прожитых лет. Чердачная лестница далась ему труднее. Через узкое слуховое окно мало что можно было разглядеть, и он решил идти до конца. Крыша была ровной площадкой без скатов, такие возводили и в конце прошлого, и в начале нынешнего века. Он не знал, сколько дому лет, но наделся, что тот простоит еще хотя бы сутки.

Иногда ему казалось, что будь на его месте жюль-верновский инженер Сайрес Смит, тот сумел бы в одиночку восстановить цивилизацию на отдельном участке суши. В полном объеме. И наладить сельхозтехнику, и пустить трамвай, и даже соорудить из подручных материалов новую теплоэлектроцентраль.

Его же личная память хранила только даты давно забытых сражений и кучу никому не понятных терминов. Гору бесполезного гуманитарного хлама, который он не собирался никому передавать. Но он гнал эти мысли и понимал, что глупо себя обвинять. Как и культура, цивилизация -- продукт миллионов. Ни один атлант не вынесет этой тяжести в одиночку.

как определить беременность вислоухой кошки
Шотландские вислоухие кошки являются очень дружелюбными и спокойными животными, относятся к уравновешенным породам.

Однако к чужакам кошки относятся с настороженностью, поэтому не стоит оставлять кота с

Посещать старые дома давно стало опасно. Они рушились от слабых подвижек земной коры, которые нередки в предгорьях Салаирского кряжа, от непогоды, подтачивавшей их пятое десятилетие. Иногда достаточно было легкого толчка, чтобы изношенные несущие конструкции, выдержав

Источник

Программа «Сто лекций» с Дмитрием Быковым

«100 лет — 100 книг русской литературы XX-го века»

Леонид Андреев — «Молчание» (1900 год)

Здравствуйте, дорогие друзья, меня зовут Дмитрий Быков, мы начинаем с вами лекционный цикл «100 книг XX века». Книги мы решили взять только русские, российские, советские, потому что и собственную-то литературу мы плоховато знаем, и надо сначала, видимо, отряхнуть с неё пыль веков, а потом уже интересоваться мировой. Тем более что мировая на сегодняшних магазинных полках и так преобладает.

Начать мы решили с последнего века девятнадцатого столетия, с тысяча девятисотого года, с которого, собственно, и началось очень многое главное в русской литературе. Получилось так, что вообще говоря, этот год на великие произведения скудноват. И даже больше того, вот как раз в этом году Чехов написал известное своё письмо такому консервативно-православному публицисту Меньшикову, где пишет: «Как хорошо, что есть Толстой. Пока работает Толстой, нам всем можно не особенно напрягаться. Всё равно он одним своим существованием окупает всё, что делаем мы». Как раз в это время только что закончилась работа Толстого над «Живым трупом», только что закончилась в «Ниве» публикация «Воскресения», пусть и, конечно, в страшно изрезанном виде, и в результате действительно Толстой как бы выкупил собой всю русскую литературу. Она в девятисотом году произвела очень мало. Горький начал писать, в общем, не слишком удачный роман «Трое», Куприн напечатал несколько довольно проходных вещей, но именно с тысяча девятисотого года началась слава главного русского писателя, главного русского прозаика Серебряного века Леонида Андреева. Который написал в этом году рассказ «Молчание».

И вот первое чтение этого рассказа в кружке «Среда». Сам Андреев боялся его читать, сослался на хрипоту, и прочёл его, насколько я помню, Горький. Вот именно с эт

Источник